Тонкая и ранимая... душа чекиста | Голос Кубани

Тонкая и ранимая… душа чекиста

Афоризм Дзержинского про холодный ум, чистые руки и горячее сердце нужно дополнить нежной психикой?

«Наша служба и опасна, — надув ставшими колючими за бессонную ночь щеки, мрачно бубнил немолодой чекист, – и трудна-а-ааа. И на первый взгля…». Нервное движение бритвы и опять порез. Руки стали словно чужими, ни былой крепости, ни былой точности. Так могло начаться очередное недоброе утро старшего юрисконсульта управления ФСБ по Краснодарскому краю Евгения Вакулина.

Подполковник, кажется, переживал самый трудный период жизни. С ним случилась беда, коллеги за последние полтора месяца вроде бы отдалились. Начальство вызывало на ковер. Даже поплакаться в жилетку особо некому. Чекист может и хотел было облегчить душу на исповеди, но быстро вспомнил, что у батюшки точно такие же погоны под рясой. Только Феликс Эдмундович, с хитрым прищуром смотревший с пыльного портрета, все понимал. Лишь ему, да еще психиатру из спецполиклинники можно излить надломанную душу.

Документ (2)-1

 

«…нарушение сна, в виде затрудненного засыпания, неспособность расслабиться, беспокойство, тревожность, снижение внимания. Ухудшение состояния пациент отмечает последние 1,5 месяца и связывает с возникшей психотравмирующей ситуацией. Диагноз: астеническое расстройство, невротического генеза» — старательно фиксировал психиатр чей-то удивительный анамнез. Выводы врача завизировал начальник медучреждения № 1 – МСЧ краевого управления ФСБ.

 

 

Опытный доктор, перевидавшей ребят, возвращавшихся из боевых командировок, разводил морщинистыми руками: «чеченцев» и «афганцев» лечил, одного генерала из запоя вывел, но тут по пациенту танком прошелся YouTube. Эскулапу еще не приходилось работать с сотрудником, который шесть недель не может прийти в себя после ролика. «Со столь тонкой душевной организацией или в ботанический сад, или на кушетку к дедушке Фрейду» — мрачно пытались шутить знакомые.

Началось все, когда коллега Вакулина, тоже подполковник ФСБ Владимир Миронов, всю жизнь отдавший погранслужбе, собрался на пенсию. В 2008 году при расчете ему сообщили, что выслуга составила 33 года, однако положенную от государства выплату он получал меньшую, чем однополчане. Оказалось, в прощальном приказе зачли только 31 год, вычеркнув период службы в Узбекистане.

Миронов решил судиться с родной структурой. Но так как не все чекисты юристы (и не все юристы чекисты, пусть и в душе), в ведомстве есть и просто вояки, представлять его интересы взялся юрист из города Кропоткин Сергей Земцов. Который знал свое дело неплохо: сначала Краснодарский краевой суд, а затем и Верховный суд России обязали ФСБ пересчитать ветерану пенсию. За честь ведомства в суде боролся его штатный старший юрисконсульт, наш герой, Евгений Вакулин.

Обычно органы у нас всегда побеждают, и на видимых фронтах и на невидимых, а уж в суде, само собой разумеется. Но тут дело то особое, органы и там, и тут, у судей появилась редкая возможность разобраться по существу.

По словам Сергея Земцова, 22 октября 2014 года, когда вместе с оспаривавшим решение краевого суда представителем ФСБ они спускались в лифте здания Верховного суда, чекист ненароком сообщил, что ретивый юрист в ближайшее время может совершенно случайно «словить» трубу в голову или стать жертвой ДТП.

Мало ли кто, что в сердцах сказал, но Земцов рассудил иначе, решив — у силовика есть реальные возможности для воплощения угроз в жизнь. Тогда мужчина написал заявления руководителю СКР Александру Бастрыкину и в краевое УФСБ, а для подстраховки разместил на видеохостинге YouTube обращение, в котором рассказал о беседе в лифте Верховного суда. Мол, если что в моей смерти прошу винить…

Ответом на ролик стал визит старшего юрисконсульта УФСБ по Краснодарскому краю подполковника Вакулина к психиатру. Какие симптомы у него выявили, мы узнаем из иска о защите чести и достоинства.

«Общеизвестным фактом является деятельность ФСБ России, которая заключается в обеспечении безопасности государства. Распространение в отношение меня не соответствующих действительности сведений, негативно сказываются не только на репутации органа государственной власти («…ФСБ украло у Миронова несколько лет его пенсии», «…ФСБ прессует своих пенсионеров»), в котором я прохожу военную службу, — пишет в нем ранимый подполковник. – В связи с указанными обстоятельствами я вынужден постоянно вспоминать о случившемся, нервничая и переживая поэтому поводу, что привело к ухудшению состояния моего здоровья (беспокойство, плохой сон, состояние тревоги, ухудшение концентрации внимания и т.д.), что также негативно сказывается и на профессиональной деятельности, несмотря на то, что за все время военной службы… я имею только поощрения и ни одного (подчеркнуто – прим.авт.) дисциплинарного взыскания».

Тут, конечно, можно и спросить: в чем связь между «обеспечением безопасности государства» и незаконному, что подтвердила высшая судебная инстанция, передергиванию военной выслуги? Хотя, сейчас кризис, может Вакулин под госбезопасностью понимает экономию бюджета? Органам то виднее, вдруг времена такие, что пара тысяч рублей, (которые пенсионер Миронов действительно заслужил), спасут многострадальную Отчизну? Только вот кажется, что в страданиях Родины виноваты вовсе не честно отслуживший 33 года подполковник Миронов и юрист Земцов, а совсем другие облаченные властью люди.

Государство у нас правовое, так что теперь суд решит кто виноват в душевных терзаниях чекиста Вакулина и придется ли штатскому Земцову выплачивать бойцу невидимого фронта 20 тысяч рублей. Именно в эту сумму старший юрисконсульт оценил моральные муки. Ко всему прочему тут есть еще и дополнительная интрига — на этот раз органы лишь с одной стороны.

Для тех, кто желает узнать, чем закончиться фельетон, сообщаем: судебное заседание по иску подполковника Вакулина прошло в конце сентября. Кропоткинский городской суд обязал гражданского юриста выплатить 20 тысяч юристу с чекистскими погонами.