Как пастор из Сочи оказался в Германии, отказавшись сотрудничать с ФСБ | Голос Кубани

Как пастор из Сочи оказался в Германии, отказавшись сотрудничать с ФСБ

Религиозная деятельность и отказ сотрудничества с ФСБ могут стать причиной преследования в России. Историю пастора из Сочи, который оказался в такой ситуации и вынужден был бежать в Германию, описывает DW.

Подвергнуться преследованиям в России можно не только по политическим мотивам, но и за религиозные взгляды. В такой ситуации оказалась семья Алексея Колясникова, пастора из Сочи, который попал в поле зрения ФСБ. Сначала его обвинили в совершении административного правонарушения — Колясников встречался с членами своей религиозной общины в кафе и читал Библию с планшета. А после того, как он подал жалобу в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) о нарушении властями РФ его права на свободу вероисповедания, давление на Колясникова возросло, и он вынужден был бежать из страны.

В ожидании убежища в Германии

С конца июля 2017 года семья Колясниковых находится в Германии. Алексей обратился к немецкому правительству с просьбой предоставить ему политическое убежище — он рассчитывает на положительное решение властей.

DW встретилась с Алексеем Колясниковым и его женой Мариной в городе Леверкузене, на западе Германии. Сейчас пастор с женой и тремя дочерьми проживает здесь, в лагере для беженцев. Помещение спортивного зала школы, которое переоборудовали для временного проживания беженцев, находится в центре города. Колясниковы делят свои квадратные метры с семьей беженцев из Чечни. По словам Алексея Колясникова, отношения в лагере дружеские, но говорить о причинах, по которым люди покинули свои страны, не принято.

«Почему Германия? Здесь сильна протестантская церковь, это самое главное», — называет он одну из причин своего решения просить убежища в ФРГ. Затем пастор добавляет, что хотел бы продолжить свою религиозную деятельность в ФРГ. По его словам, в случае получения статуса беженца, у него уже есть предварительные договоренности с местными общинами евангелистов. «В Россию возвращаться сейчас очень страшно. Меня сделают террористом и закроют за решеткой», — убежден Колясников.

Проповедь в кафе как несанкционированный митинг

Именно религиозная деятельность Алексея Колясникова, по его мнению, стала одной из причин его преследования на родине. В сентябре 2014 года пастор проводил очередную встречу со своей общиной евангелистов-пятидесятников в одном из семейных кафе в Сочи. Встречи в кафе проходили в течение полугода, потому что у религиозной группы отсутствовало свое церковное помещение.

Но в один из вечеров к коллективному чтению и обсуждению Библии «присоединились» сотрудники полиции и местной ФСБ. Колясникову предъявили обвинение в административном правонарушении за «проведение несанкционированного митинга». Особенно возмутило полицейских чтение Библии с планшета. Как выяснилось позже, по мнению ФСБ, это являлось «нарушением канонов христианства».

«За полтора месяца до визита ФСБ на встречу общины к нам пришла новая девушка. Она стала посещать практически все наши встречи, проявляла интерес к темам, которые мы обсуждали, — вспоминает Алексей Колясников. — Но в тот вечер, когда к нам наведались сотрудники ФСБ, в кафе девушка пришла не одна, а со своим другом, как она его представила».

Позже выяснилось, что на самом деле это был сотрудник правоохранительных органов в штатском. Затем они оба выступали в суде против пастора свидетелями стороны обвинения. Александр Попков, адвокат Колясникова, сообщил DW, что эта же девушка проходила свидетелем и в других делах по религиозным общинам в Сочи.

Вскоре суд вынес постановление о наложении административного штрафа на Колясникова как организатора несанкционированного собрания. После долгих судебных разбирательств лидеру общины удалось обжаловать решение суда, но давление на него не прекратилось — в деле Колясникова появился «украинский след».

«Сторонник Евромайдана и подрывник»

В официальном обращении к прокурору Краснодарского края, копия которого находится в распоряжении DW, генерал-майор ФСБ Александр Родионов не только упоминает о нарушении порядка проведения собрания в кафе, но и напрямую связывает пастора с событиями на Украине. «С приходом к власти «евромайдановцев», религиозные взгляды которых основываются на идеологии прозападных протестантских религиозных течений при финансовой поддержке стран НАТО и Евросоюза, это создает угрозу образования в России т.н. «антироссийских очагов» социальной и идеологической напряженности», — говорится в документе. На основании этого документа, делом Колясникова начинает заниматься «Центр по борьбе с экстремизмом».

Спустя некоторое время вместе со своим адвокатом Александром Попковым Алексей Колясников принимает решение обратиться в Европейский суд по правам человека. Весной 2017 года ЕСПЧ направляет обращение к российскому правительству, в котором просит разъяснить причины преследований участников коллективной молитвы. Реакция властей оказывается незамедлительной, но совершенно иной.

Универсальное обвинение со стороны ФСБ

Через месяц сочинский участковый сообщает Колясникову, что его внесли в «список подрывников и специалистов по минно-взрывному делу» и его ожидает встреча в ФСБ. По словам Колясникова, в армии он никогда не служил и никакого отношения к военному делу не имеет. Более того, он утверждает, что свое отношение к событиям на Украине выражал достаточно твердо и громко.

Как религиозный деятель он осуждал любое насилие и кровопролитие в Киеве. Политические убеждения Колясникова также не позволяли ему поддерживать украинскую революцию. «Моя позиция была четко антимайдановская. Мы и на проповедях молились за благополучие нашей страны и президента», — вспоминает в разговоре с DW Алексей Колясников.

Поэтому, когда в докладной ФСБ российский пастор прочитал о своей причастности к Евромайдану, это его шокировало. «Кроме прочего, это объявление было нелепым еще и потому, что я на Украине никогда и не бывал ранее, — сообщил Колясников. — Впервые я приехал в Киев в 2016 году, и, конечно же, многие мои стереотипы развеялись. Никто не нападал там на меня за русский язык, и очень свободно дышалось».

Алексей Колясников убежден, что сейчас у российских правоохранительных органов есть универсальный способ арестовать человека. «Я анализировал шаги, которые были предприняты против меня. В одном абзаце записки генерала ФСБ все объясняется — сейчас человека можно обвинить в чем угодно, привязав к делу украинскую тематику», — уверен Алексей Колясников.

Неугодная религия или месть ФСБ?

«Звонок участкового стал для меня последним звоночком. Мы собрали вещи и покинули страну», — вспоминает пастор. Колясников до конца не понимает, что же стало истинной причиной его преследования. Но вспоминает один случай, который произошел с ним в 2012 году.

«Мне назначил встречу майор ФСБ. Он пояснил, что занимается религиозными группами в Сочи. Мужчина сообщил мне, что в стране сейчас повышенная террористическая угроза, и просил предоставить ему списки прихожан моей общины с личными данными», — рассказал Алексей Колясников DW.

По словам пастора, он отказал ФСБ в этой просьбе. Через два года именно этот майор ФСБ пришел на встречу общины в семейном кафе, а затем составил административный протокол на Колясникова. «Не исключаю, что в нашей церкви были пасторы, которые сотрудничали с ФСБ«, — подытожил Колесников свой рассказ.

Адвокат Александр Попков считает, что в деле Алексея Колясникова сыграли роль несколько факторов — нагнетание обстановки после событий на Украине в 2014 году и желание спецслужб держать под контролем религиозные общины России. «А Колясников уклонился от этого контроля», — пояснил DW Попков.